А вот представьте ситуацию, описанную ниже, случившуюся некогда в государем императором Николаем I в Санкт-Петербурге, в наши дни. Вдруг "некто" из высшей власти или из среднего звена той же власти оказался в транспорте и всем хорошо знаком. Как развивались бы события? Да на 100% "нищий" чиновник сегодня или еще кто повыше и не подумал бы об оплате (а ведь и не думают НИКОГДА, т.к. для них ВСЕ в РФии бесплатно, льготно и все для них: транспорт, лечение, отдых, жилье и образование). Причем все эти современные льготники по сути нищеброды и никакого отношения к России в плане хозяйствования и обустройства ее не имеют, так временщики, хапнули и быстро отбежали от кормушки.
А вот император был все же НАСТОЯЩИЙ ХОЗЯИН РОССИИ и мог бы не платить (по понятиям нынешних), а ему стыдно было НЕ платить, т.к. ЧЕСТЬ ИМЕЛ перед страной, народом и теми, кто ТРУДИТСЯ! Вот и делаем выводы, господа, КТО НАМИ СЕЙЧАС ПРАВИТ и кто нам поет в уши о патриотизме, любви к России и народу!
Винберг А.А. Портрет императора Николая I
***
В Петербурге городские общественные дилижансы (от французского выражения carosse de diligence - "проворный экипаж") впервые появились в конце 1930-х годов благодаря предприимчивости директора 1-го кадетского корпуса барона К. А. Шлиппенбаха. Средняя скорость этого "проворного" транспортного средства составляла 9-10 км/ч.
Появление этих средств передвижения стало событием дня, очень понравилось публике, и каждый считал своею непременною обязанностью прокатиться в них, чтобы, заплатив гривенник (царские 10 копеек) за проезд по Невскому, иметь возможность поговорить со знакомыми о впечатлениях, испытанных при этом путешествии.
Успех этого предприятия, дешевизна и удобства путешествия в дилижансах сделались известными императору, и он пожелал лично убедиться в этом. Гуляя однажды по Невскому и встретив дилижанс, он сделал знак остановиться и влез в него. Хотя было тесно, но место нашлось, и государь доехал до Адмиралтейской площади.
Здесь он хотел выйти, но кондуктор его остановил:
— Позвольте получить гривенник за проезд?
Николай Павлович оказался в затруднительном положении: денег с собою он никогда не носил, а из спутников его никто не решался или, быть может, не догадался предложить ему свой кошелек. Кондуктору пришлось поверить в долг русскому царю.
На другой день в контору дилижансов камер-лакей доставил десять копеек с приложением двадцати пяти рублей на чай кондуктору.
