четверг, 9 мая 2013 г.

Единственный роман императрицы

Служба - службой, а жизнь - жизнью. А жизнь немыслима без любви... Как и у обычных людей, у семьи Романовых были свои тайны и одна из этих тайн связана именно с любовными отношениями. Так Николай I собственноручно сжег после смерти жены своего брата Александра I Елизаветы Алексеевны дневники, письма и другие ее личные бумаги. Другой же император, Николай II, запретил великому князю Николаю Михайловичу публиковать главу в своей монографии об Александре I, посвященную роману Елизаветы Алексеевны и кавалергарда Алексея Охотникова... Но ничего нет тайного на свете и вот эта романтическая история любви до сих пор волнует воображение историков и простых любителей истории. Фильм четвертый, из цикла "Кавалергарды" - "Единственный роман императрицы". Ведущий Евгений Дятлов.
Кавалергардский штаб-ротмистр Алексей Яковлевич Охотников


Алексей Охотников родился в 1780 году, 21 мая 1801 года определён в лейб-гвардии Кавалергардский полк эстандарт-юнкером. 25 сентября 1801 года – корнет, 5 ноября 1802 года – поручик, 24 июня 1804 года – полковой казначей, 29 марта 1806 года – штабс-ротмистр. В 1803 году стал любовником Елизаветы Алексеевны.
После смерти императрицы Елизаветы Алексеевны о романе стало известно из записи дневника Александры Фёдоровны, жены Николая I: «Если бы я сама не читала это, возможно, у меня оставались бы какие-то сомнения. Но вчера ночью я прочитала эти письма, написанные Охотниковым, офицером-кавалергардом, своей возлюбленной, императрице Елизавете, в которых он называет ее «Ma petite femme» («моя жёнушка»), «Mon amie, ma femme, mon Dieu, ma Elise, je t,adore» («мой друг, моя жена, мой Бог, моя Элиза, я обожаю тебя») и так далее. Из них видно, что каждую ночь, когда не светила луна, он взбирался в окно на Каменном острове или же в Таврическом дворце, и они проводили вместе 2-3 часа. С письмами находился его портрет, и все это хранилось в тайнике, в том самом шкафу, где лежали портрет и памятные вещи ее маленькой Элизы - вероятно, как знак того, что он был отцом этого ребенка. Мне кровь бросилась в голову от стыда, что подобное могло происходить в нашей семье, и, оглядываясь при этом на себя, я молила Бога, чтобы он уберег меня от такого, так как один легкомысленный шаг, одна поблажка, одна вольность - и все пойдет дальше и дальше, непостижимым для нас образом».
Надгробие А. Я. Охотникова 1810-е годы в некрополе Александро-Невской лавры
(из книги "Русская мемориальная скульптура", под редакцией  В. В. Ермонской, 1978, глава "Русское художественное надгробие второй половины XVIII - первой четверти XIX в.")

Комментариев нет:

Отправить комментарий