среда, 3 декабря 2014 г.

Московский чудак из Нескучного

У богатых свои причуды, но и среди богатых есть те, кому причуды эти можно простить в силу того, что остальные их дела в жизни направлены на благо других людей. Эти "причудливые" люди появлялись в России благодаря тому, что в свое время оказывали ценные услуги, как самой России, так и Романовым. Последние были щедрыми и умели ценить таланты своих подданых и награждали их за верную службу. 
Есть в Третьяковской галерее замечательный портрет, называемый в народе "Демидов (или дядька) с лейкой", кисти великого русского художника Дмитрия Григорьевича Левицкого. Портрет вроде бы парадный, но только вот изображенный на нем персонаж почему-то одет в халат, колпак, домашние туфли, да еще и опирается на садовую лейку, при этом еще и указывает рукой на горшки с цветами.  Однако все это неслучайно: лейка и цветочные горшки - дань увлечению знаменитого богача России Прокофия Акинфиевича Демидова ботаникой, а халат и тапочки призваны подчеркнуть незаурядность его человеческой натуры.
Левицкий Д.Г. Портрет Прокофия Акинфиевича Демидова 1773
(Государственная Третьяковская галерея, Москва)

Память о меценате и чудаке Прокофии Демидове на территории столицы России хранит тот самый любимый "Нескучный сад", получивший это свое необычное название благодаря тому, как пишет Н. Мезенин в статье о Демидове в газете "Горный край" от 06 сентября 2001 года, что  "Демидовский Нескучный дворец, расположенный на берегу реки Москвы... при жизни владельца был заставлен тысячами клеток с пернатыми. Любоваться этакими чудесами ездила вся московская знать. Какие люди тут бывали! Живописцы, литераторы, государственные деятели, ученые мужи. После смерти владельца одно время дворец принадлежал графам Орловым. Позже здание вместе с угодьями купил Николай I и поселил в нем супругу Александру Федоровну (иногда и дворец называли Александрийский). В бытность Прокопия Демидова усадьба Нескучного дворца славилась знаменитым ботаническим садом. Сад и сам по себе привлекал внимание посетителей, доступ в него был открыт, и сад всегда был заполнен посетителями. Популярности сада способствовали и эксцентрические выдумки хозяина. Например, однажды вместо гипсовых копий римских статуй Порфирий Демидов  расставил на клумбах вымазанных мелом мужиков, которые окликали всех, кто осмеливался сорвать цветок. Слух о живых статуях взбудоражил Москву, в сад валом повалил народ. Тогда-то и возникло название нынешнего места - Нескучный сад." Стоит еще добавить, что в 1765 году Прокофий Демидов написал научный трактат "Об уходе за пчелами" (опубликован в 1873 году в "Русском архиве") и почти 25 лет посвятил созданию уникального гербария, который  стал достоянием Московского университета.

Дом П.А. Демидова (Из книги академика П. С. Палласа) 1781 год

Александрийский дворец в Нескучном Саду 1890

Демидовы свое происхождение ведут от крестьянина Демида Григорьевича Антуфьева, уроженца села Павшино, недалеко от Тулы. За заслуги в развитии горного дела и предприимчивость сын Демида Григорьевича, Никита, грамотою от 21 сентября 1720 года был возведен в дворянское достоинство под фамилию "Демидова" вместе с сыновьями. Род Демидовых с тех пор славится в России благодаря огромным богатствам, широкой благотворительности и заслугами в деле развития горнодобывающей и горнозаводской промышленности. Ну а тратили свои богатства Демидовы кто как умел и кто как хотел. Прокофий Акинфиевич Демидов, наряду с огромной благотворительной деятельностью (огромных миллионных пожертвований на обустройство Воспитательного дома в Москве на Солянке (для “приносных” (незаконнорожденных) детей)  и устройство Коммерческого училища, за что получил чин статского советника и медаль), славился на всю Москву своими причудами. Были они весьма и весьма забавными и видимо из-за них А. С. Пушкин, назвал Прокофия Акинфиевича в одном из своих писем "проказник Демидов"... 
* * *
Представьте себе такую картину. От парадного подъезда богатого дома отъезжает повозка оранжевого цвета. Шесть лошадей запряжены цугом (гуськом): две передние и две задние маленькие, а между ними — здоровенные битюги. На большой лошади сидит карлик, а на маленькой - форейтор такого роста, что ноги его волочатся по мостовой. Лакеи тоже выряжены на смех: одна половина камзола расшита галунами, вторая - из сермяжного сукна; на одной ноге лакированный башмак, на другой - лапоть. А в повозке сидит баснословный богач - Прокофий Акинфьевич Демидов.
 
* * *
Прокофий не отказывал никому, но не упускал случая позабавиться. Так, он предложил награду тому, кто пролежит у него в доме год, не вставая с постели. Желающему отводили особую комнату и приставляли слуг, которые днем и ночью не спускали с него глаз и удовлетворяли его желания в еде, питье и прочем. Если он выдерживал испытание, то получал в награду несколько тысяч рублей. В противном случае его по уговору секли и выгоняли вон. Человек, согласившийся простоять перед Демидовым целый час не мигая, в то время как он махал пальцем перед его глазами, также получал плату. Однако если Прокофий убеждался, что не корысть, а действительная бедность вынуждала человека идти на это испытание, то он выдавал денег больше, чем обещал.
 
* * *
В 1778 году Прокофий устроил в Петербурге народный праздник, во время которого, вследствие громадного количества выпитого вина, умерло более 500 человек.
 
* * *
      Прокофий Акинфиевич много путешествовал по Европе, и все новинки, привлекавшие его внимание, тотчас же перекочевывали в Москву. Побывав в Гейдельберге и познакомившись в местном университете с достижениями немецких оптиков, Демидов приобрел партию очков. С той поры вся его прислуга вынуждена была носить очки. В очках у него щеголяли даже лошади и собаки.
 
* * *
 Как-то раз он сочинил и разослал эпиграммы на всех высших особ двора. Узнав об этом, императрица Елизавета Петровна приказала собрать их, отослать в Москву и сжечь в присутствии автора "под виселицей, рукой палача". Но Демидов и это наказание разгневанной императрицы сумел превратить в шутку. Он снял близ виселицы все дома, пригласил в них присутствовать при церемонии московскую знать и привел оркестр с трубами и литаврами, который увеселял присутствовавших, пока палач сжигал его произведения. Удивительнее всего, что полицейские власти, наблюдавшие это, промолчали.
 
      * * *
Замечателен был дом Демидова на Басманной. Снаружи он весь был обшит железом — на случай пожара. Когда рядом случался пожар, он приказывал закрыть железные ставни и чувствовал себя в безопасности. Внутренняя отделка дома поражала взор массой золота, серебра и самородных камней. На стенах, обшитых штофом и бархатом, красовались редчайшие картины. Зеркальные окна и лестницы были уставлены редкими растениями; мебель из пальмового, черного и розового дерева поражала тончайшей кружевной резьбой; на потолках были развешаны клетки с заморскими птицами, по комнатам гуляли ручные обезьяны; мелодии органов, искусно вделанных в стены, услаждали слух; на столах фигурные серебряные фонтаны били вином. 
 
* * *
Говорят,  одним жарким летним днем захотелось Прокофию Акинфиевичу, в Нескучном саду прокатиться с ветерком в санях. Пришлось нанять охотников быстро ощипать листву на придорожных березах, закупить всю находившуюся в округе соль и осыпать ею путь в три версты. Проехавшись несколько раз по этому искусственному снегу, богач, очень довольный, возвратился домой.

Комментариев нет:

Отправить комментарий